vita_geller (vita_geller) wrote in litkonkurs_spr,
vita_geller
vita_geller
litkonkurs_spr

Categories:

Салатовый маркер зелёного цвета. (текст N3 на конкурс)

Оригинал взят у vita_geller в Салатовый маркер зелёного цвета.



Данный текст не является описанием реальной истории.
Скорее, это фантазия на тему.
Все герои одновременно в подобной ситуации не присутствовали,
более того, автор сомневается, была ли сама ситуация
или это плод его больного воображения.
А чё?нормально я так написала,
если меня просят костюм описать, который в тексте фигурирует))))

Аппаратная перед началом записи телепрограммы. 
Сижу, практически лежу — ноги выше головы, в своём «главном» низком крутящемся кресле, проверяю написанный мной же план. Решаю что некоторые пункты надо выделить цветом.
—  Неля, дай маркер, пожалуйста.
Неля, помощник режиссёра,  сидит между мной и столом, рассматривает безупречный маникюр на тонких аристократических руках.
— Тебе какой?
— Зелёный.
— У меня нет зелёного.
Смотрю на Нелю, на стол, опять на Нелю. Всё нормально, она просто ответила. Неля — само спокойствие и невозмутимость. Если она когда-то чему-то и удивляется, то вида не показывает. Доброжелательна, внимательна, тактична. Умна, красива, обладает завораживающим голосом, который никогда не повышает. 
Но перед ней на столе лежит ЗЕЛЁНЫЙ маркер.
 Хорошо, возможно, он не зелёный, поэтому она не понимает что я хочу. Какого бы он мог быть цвета? Салатовый? 
— Неля, дай мне, пожалуйста, салатовый маркер.
— У меня его нет.
Зараза! Опять не угадала! 
— Неля, дай мне маркер, что рядом с тобой. Какого он цвета? 
— Этот? —  Неля берет ЗЕЛЁНЫЙ салатовый маркер, —  этот жёлтый.
— Жёлтый? 
— Именно.
—  Ну какой же он жёлтый? Жёлтое солнце. 
—  Он жёлтый, другого оттенка.
— Какого? Как что? — терпение никогда не являлось моим достоинством.
— Лимонный. — Неля, как обычно, не видит причин нервничать.
— А....! Салатовый тогда какой? 
— Что? 
Не подумайте, что я ей не нравлюсь.  Или она специально меня выводит. Неля видит жёлтый маркер, который я почему-то называю зелёным, и пытается донести до меня истинный цвет. Причем делает она это только потому, что я спрашиваю. В противном случае, она бы наверное подумала, что я... Впрочем, о чём думает Неля, мне ни разу не удалось угадать... 
—  Какой тогда цвет, по-твоему, салатовый?
— Во-первых, салатный. 
— ?!
— Цвет о котором ты говоришь, правильно называется «салатный». 
— Хо-ро-шооо. Салатный. Какой цвет, по твоему, называется «салатный»?
— Он такой....—  Неля покойно смотрит в стену, слегка щёлкает пальцами, —  Салатный... как... Помнишь, ведущая приходила в таком костюме с оборочками, он ещё тебе понравился?
— Неля! Костюм был хакки, защитного цвета! Этим он мне и понравился! 
— Ты ошибаешься, костюм был салатного цвета.
В аппаратную заходит режиссёр Рена. Видит как трясутся листочки у меня в руках. Видит доброжелательную улыбку Нели. 
— Вы что тут?
— Рена, какого цвета этот маркер?!
Рена дружит с Нелей, но и меня расстраивать, тем более перед записью программы, ей не хочется. 
— Маркер... Среднее между...
Мои нервы не выдерживают:
— Он жёлтый или зелёный? Лимонный  или салатный?!
— Точно не зелёный.
Нелина улыбка из доброжелательной превращается в «я же говорила».
— И не жёлтый...
Моя бровь ползёт вверх по лбу...
— И не лимонный, и не салатовый. —заканчивает Рена на одном дыхании.
— Салатный! — выдыхаем мы с Нелей.
— Рена, какого он цвета?!
— Что-то среднее, я не помню название, но как-то он называется по-другому. 
Всё. Теперь её можно пытать калёным железом, она не скажет ни слова. Впрочем.
— А вы мальчиков спросите. — Рена не только сама выпуталась из ситуации, но и перевела стрелки.
— Хорошо. — Если Неля чем-то и недовольна, ни по голосу ни по лицу этого понять нельзя. — Но спрашивать буду я. Потому что Вита так смотрит ... 
— Я даже отвернуться могу.
Мой взгляд в данном случае ни при чём. Дело в том, что я какое-никакое,  а начальство, и иногда об этом вспоминают. Да и нервировать меня перед записью, всем дороже обойдётся. ПризнаЮ.
Отворачиваюсь от входа, черкаю ЗЕЛЁНЫМ маркером в листочках.
В аппаратную стремительно влетает самый совершенный  из инженеров. Клетчатая рубашка развивается как плащ, белая майка облегает накаченный торс.  
— Привет.  Готовы? — Начинает  что-то подстраивать, подкручивать...
— Пашииик, какого цвета маркер?
 Пашик, не оборачиваясь:
— Мне некогда.
— Жёлтый или зелёный?
Пашик привычно матерится, сообщает, что вторая камера глючит, оператор первой — не  умеет снимать вообще, а звуковика до сих пор нет и он, инженер, сегодня на звук не сядет. И вылетает из аппаратной, хлопнув дверью. 
Я поднимаю лицо от плана. Рена смеётся. Неля, невозмутима:
— Ещё у кого-нибудь спросим.
—Чего это у вас дверь качается? — это Никита —  самый шумный из всех, известных мне, системных администраторов. 
—  Пашка закрыл.
— А... 
— Ник, какого цвета маркер?
— Какой маркер?
— Этот.
— Ах этооот. Этот — розовый.
—Ник!
— Что «Ник»? Я уже 20 лет Ник, вы там поспорили что-то, а я крайний окажусь? Нет уж, сами разбирайтесь.
Никита выходит мягко ступая, аккуратно прикрывает за собой дверь.
Мы молчим.
Дверь приоткрывается. В щель просовывается  смеющаяся физиономия Ника:
— Никакой из тебя, Вита, разведчик, ты план вниз головой держишь. А про маркер мне Пашка сказал, я специально приходил, проверить. И из наших уже все знают, что вы поспорили, и никто вам его цвет не назовет, самоубийц нет.
Дверь закрывается.
Рена садится в своё кресло, надевает наушники, разговаривает через микрофон с операторами. Неля берёт со стола распечатку сценария, углубляется в чтение. Я по стотысячному разу просматриваю план.
— Вита! — Юля, наш гостевой редактор, как обычно, материализовалась их воздуха, — В первой части вместо МарьИванны, снимаем НикодимПетровича, а вместо НикодимПетровича, ТамарПалну, а уже вместо ТамарПалны — МарьВанну, да?
— Ну... Если они все в одной программе...
— Вита, они в одной. 
 Молодец, Неля, всё помнит, ничего не путает!
— Хорошо, Юль, пусть так.
— А вместо стоматолога ортодонт придёт. 
— А это мне вообще фиолетово, мне что ортодонт, что пародонтолог, все едино... Скажи лучше, какого цвета маркер у меня в руке?
Белоснежная  Юлина кожа приобртает цвет спелого помидора:«Как ты можешь?! Я стараюсь, бегаю, звоню, а ты:«Мне всё равно!»».
— Юля, Ю-ля. Я ценю твою работу, ты — лучший гостевой редактор в мире. Не забудь только в графике гостей местами поменять. И ведущей справку напиши чем ортодонт от пародонтолога отличается.
— От стоматолога! — Юля фыркнула и растворилась в воздухе. 
А говорят, что телепортации не существует...
Рена общается с операторами. В студии появляется ведущая.
В аппаратную влетает Пашка:«Я вам что? Я вам кто? Нашли себе! Если каждый будет на запись опаздывать, мне разорваться? Мне только ещё вместо ведущих сесть не предлагали!». Одновременно с этой тирадой он включает  звуковой пульт, надевает наушники, усаживается в звукорежиссёрское кресло и вкладывает мне в руку микрофон.
— Что?
— Петро позвонил, сказал опоздает на полчаса, пока я на звуке посижу.
— Ты справишься?
Пашка хмыкает. Начинает снимать наушники.
— Я ж не напрашиваюсь, я могу и не сидеть, объявляй  что звуковика нет, запись  задерживается.
— Он всё может, ты, Вит, не сомневайся. Он и за меня может, и за любого из операторов, и за Ника...— Рена  улыбается. Неля кивает в знак согласия.  
— А за меня? Меня он тоже может заменить?
— Нет, Вит, тебя никто заменить не может, ты незаменимая у нас...
— Пока, —еле слышно добавил Пашка и включил мой микрофон, демонстрируя, что хоть он и не может заменить меня «пока», но начать запись программы таким нехитрым способом может прекрасно.
Я хмыкнула. Выдохнула и сказал:
—Мотор!  Запись?
Пашка нажал на компе «play».  На мониторе появилась студия. 
— Запись пошла.
— Камеры?
Рена начала перекличку операторов, щёлкала тумблерами, на кубиках-телевизорах перед ней приближалась- удалялась картинки: Ведущая в кресле; гость перед входом; плазменный экран посреди студии.
— Есть камеры.
— Звук?
Пашка перевел рычажок и мы услышали слегка нервный голос ведущей:«Ну, что, начинаем?».
— Звук есть.
— Внимание, Елена. 
Ведущая замахала рукой на мониторе перед Реной и сказала:«Подождите, а что у вас там происходит? Что за споры о цвете фломастера?».
Рена  хихикнула. Пашка сделал вид «меня здесь нет». Неля нахмурилась. А отвечать пришлось мне:
- Всё нормально, Елена, не волнуйтесь. Давайте начинать уже?
- Давайте, я готова. 
- Мотор. Запись. Камеры. Звук. Внимание. Начали!
Ведущая «надела улыбку»:«Здравствуйте!  В студии я, Елена...».
Запись программы началась.
И шла своим чередом.  
Юля, гостевой редактор, приводила гостей. Ведущая Елена общалась с ними «под прицелом камер». Операторы, под руководством Рены, снимали.  Пашка «сидел на звуке». 
И только мы с Нелей нет нет да и поглядывали на стол, с лежащим на нём маркером.  Я с недоумением. Неля, наоборот, с уверенностью. 
В аппаратную заходили люди. Всем что-то было надо.
Координатору Марине — подписать план выездных съёмок. На вопрос о цвете маркера юркая Марина вскрикнула так, что на неё  шикнул Пашка, а она округлила глаза, сделала испуганное лицо и трагическим шёпотом ответила что у неё голова кругом, и она потеряла свой оранжевый маркер, и ей бы со своими делам разобраться.... И убежала.
Громкая гримёр Катя пришла ругаться, потому что проводная связь между аппаратной и гримёркой опять не работала. А ей, Кате, просто необходимо пожаловаться на «эту Юлю», которая ничего толком сказать не может, и вместо предполагаемого ИванПетровича приходится гримировать МарьВанну. А у этой МарьВанны лицо размером с Катину жопу! А чё, «Катя!»? А тон, между прочим, ещё вчера закончился и она, Катя, героически гримирует гостей своим личным, а ей это никто не компенсирует материально.  
А какой цвет у маркера она отвечать отказывается, потому что какой надо — такой и сделаем, и от освещения зависит и от того, откуда у гримёра руки растут, если из жопы... А что «Катя!»? И вообще, не отвлекайте меня, я на ведущую в монитор пришла посмотреть, а то она мало того что капризная сегодня, так ещё и бледная, и, может, её загарелой  сделать, пока не поздно?
Упитанному, лысому корреспонденту Юре, именно во время записи, приспичило отдать на проверку свой очередной эпохальный текст. Сначала он тихонько стоял у двери, с интересом взирая на происходящее.  А когда Пашка убежал вешать микрофон на очередного гостя, то ли стоматолога то ли ортодонта, Юра по-хозяйски уселся в его кресло и даже попытался потрогать какой-то рычажок. И получил по рукам от Рены. «А вот нечего».
Неля показала мне глазами на маркер.
«Спроси его, он же корр, не из тех.группы, может, он не знает про спор»— прочитала я в её взгляде.  
Кивнула.
— Юра, возьмите маркер со стола. — моё обращение «на Вы»  могло означать как уважение, так и пренебрежение.  В Юрином случае, означало второе. 
Юра неспешно протянул руку и взял маркер.
— Теперь скажите какого он цвета.
На Юрином холёном лице появилось выражение недоумения:
— Вита?
— Юра, что именно Вам непонятно? Вы не знаете какого цвета маркер? Вы дальтоник? — я откровенно хамила, пользуясь  своим служебным положением.  У меня были на то веские причины.
Каждый раз когда у Юры появлялась хоть малейшая возможность меня подставить — он её использовал.
Но сначала он пытался  использовать меня — фальшиво улыбался и подобострастно заглядывал в глаза, в надежде получить лучшие выезды на лёгкие  и интересные съёмки.  И я повелась на какое-то время. Но, Юра был плохой актёр и постоянно выпадал из образа «обаяшк». А я не совсем слепая.  И совсем не добрая. Была б моя воля — давно корр Юрий искал бы себе работу, но на это воли моей не было....
— Ю-раааа! Вы меня слышите? Я жду ответа. Какого цвета маркер?
Юра понял, что я не шучу, и что сейчас, пока я не подписала текст, он в моей власти. И в этой власти сделать так, что никуда он через 15 минут не поедет, ни на какой хоккей, а пойдёт в корреспондентскую и будет переписывать, переписывать текст до бесконечности, до того момента пока я не скажу:«Хорошо, можете озвучивать». 
И  понял  он, что не менее важен ПРАВИЛЬНЫЙ ответ на вопрос. А какой из ответов правильный? Все эти мысли побежали морщинами по Юриному лбу и злым страхом затаились в глазах. 
Я молчала и смотрела вопросительно. Рена напрягалась спиной и перестала шутить с операторами. Неля наклонилась и поправляла, и поправляла ремешок туфли. Юрий вспотел:
— Вита, я не понимаю....
— Что Вы не понимаете?
— Привет, красотки, скучали без меня? — Красивый баритон заполнил аппаратную. А его обладатель, блондин размеров Гаргантюа и Пантагрюэля вместе, небрежно вытолкнул Юрия из звукорежиссёрского кресла,  —  Припозднился я нынче, не думал, что вы вовремя начнёте, а кому сейчас легко, Пашка-то справился?
— Здравствуй, Петя, не ожидала от тебя. — я укоризненно покачала головой. Но мои глаза смеялись, и я изо всех сил сдерживала улыбку. 
— Да ладно, справились же. —  Пётр надел наушники, попереводил рычажочки, понажимал кнопочки на пульте. Неодобрительно покачал головой. Снял наушники, встал:
— Пашка молодец, конечно, но пойду-ка я сам микрофоны повешу.
В дверях повернулся.
— Отпускала  бы ты страдальца. Щас писАть начнем. Нечего ему в аппаратной делать. А маркер, Неля, всё-таки салатовый, уж поверь мне. В этот раз права Вита. 
Подмигнул всем одновременно и вышел. 
Юрий, приняв независимо-самоуверенный вид, со словами:«Я позже зайду»,  ретировался. 
В полной тишине спина Рены обмякла.  Неля посмотрела на носки своих туфель, кивнула, не поднимая головы. Я постукивала микрофоном по подлокотнику кресла. 
Вернулся Пётр, вытащил из моих рук микрофон, что-то подкрутил.
— Я ж никого не боюсь, и ничего, и врать не в моих правилах, да? Не хмурься, Неля, глянь, я на компе таблицу цветов открыл. Маркер твой салатовый, а салатовый ближе всё-таки к зелёному, чем к жёлтому, не сомневайся. А от тебя, Вита, я и не ожидал даже. Вот и оставь  вас одних! Цирк устроили с этим маркером, народ переполошили. Одни ржут, другие сюда зайти боятся. Кстати, я заявление написал, отработаю две недели и попрощаемся....
— ПисАться-то будем сегодня? Чего застыли?—  Появился Пашка, уселся уже в своё, инженерское, кресло, ближе к Рене. 
— Писаться  будем. — я бездумно по миллионстотысячному разу перелистывала план. 
Рена заворковала с операторами.  Неля оторвалась от созерцания носков своих туфель, встала, прошла передо мной к компьютеру Петра, посмотрела в монитор, кивнула, вернулась, взяла сценарий, затем подняла голову, и глядя мне в глаза своими, в которых были обычные покой  и невозмутимость,  сказала, с хрипотцой в голосе:«Вита, подай мне, пожалуйста, СА-ЛАТ-НЫЙ маркер, хочу слова ведущей выделить».
Я протянула ей зелёный маркер.
— Мотор! Запись?
— Запись пошла.
—  Камеры?
— Есть камеры.
— Звук?
— Звук идёт.
— Елена, внимание. 
— Готова.
— Начали. ..
Tags: конкурс
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 34 comments